Сияние теплых снов…
Только здесь
и могут снится такие
чистые зеркала
и в них —
по паркам прогулки пар…
а Парки словно уснули…
Кристаллы, сапфиры, рубины
на шеях шелковых дам…
далекий оплаканный сан
а сан-(?)…
А сани катили… — звенела! —
у тройки прощания сталь!
И белая снежная даль
слепила… пунцовые щеки
и губы горели… (мороз!),
но издали плыл паровоз…
—
Ворвался с визгом!.. Рубины
катились с шелков… и Марины
съезжали с им вверенных мест —
и падал в гудениях лес !
—
И голос звал в бой – у окраин
горела пшеница – то злая
година: последний тот-бой…
А дальше… – ту книгу закрой,
—
приходит оттепель, ветры ! —
срывают плакаты… нас – нету —
нас – нет, или были мы… тень
и слов нескончаемых… лень —
—
березы прозрачной грядою
тянулись как мы за собою…
И танки врывались в ночи!
И было – молчали врачи
—
поскольку… сапфиры, рубины…
А там – и падение… сына —
иль занавес новый упал —
но павший герой там вставал!..
—
И брал в восхищении розы —
не видя о будущем слёзы:
ведь всё возвращалось на круг, –
где клон побеждал серый плуг.
Париж
Стихотворение опубликовано в авторской книге стихов «Сфера: Территория Любви» (М.: Изд Викмо-М, 2017).
Памяти тети Н.В.Поспеловой,
зав. технической библиотеки г Орехово-Зуево
(13.09.1919, г. Судогда Владимирской губ. — 19.08.1997, г. Орехово-Зуево, Моск. обл.)
Над миром плакала сирень
и дом троился у дороги.
Согбенная у окон тень
сидела, вышивая слоги,
слов непонятных благолепь…
И долго я в окно смотрела
(на шее золотая цепь) —
Там лампа на столе горела
и ты, согбенная, сидела
в разрушенном дому. В глуби
печь белая, шкаф из березы…
И у окна, вся в черном, ты,
а на столе лежат мимозы…
—
Н.К.
Ты помнишь этот снег ? И в чистоте той нежной –
Холодность ожидания всех встреч…
И я была закрыта и прилежна,
И так обдумана и скрыта взглядом речь –
—
Твоя-моя,
и снег… и снег… не таял…
Стояли сотню лет, молчали вдаль…
Но где-то, в подворотне там, залаял…
И было нам обоим – это – жаль…
—
Ты помнишь?.. То, другое : с глаз катилось… –
—
Н.К.
Оставь. Мне этой боли двадцать лет не превозмочь.
Как будто бы вчера: мороз — но солнце скрылось.
И сердце через блузу обнажилось…
А утром наступила Эта-Ночь
НА ГОРЛО.
И никто не мог помочь.
—
И всё молчало. Утро – БЕЗ ТЕБЯ.
Так просто-странно, детской мысли осознанье
Границы––рубежа––конца––конечного прощанья.
Зима. Окно. Фонарь. Лицо. Молчанье.
(Но вертится по-прежнему Земля.)
И что же ты-и-я?
Разделены границей.
–– Какою странною границей (?) Бытия. ––
И кто-то есть, ему так сладко, крепко спится
В НОЧЬ ДНЯ.
—
Но нет, НЕ остановится ЗЕМЛЯ.
И где же ты? и я?..
Софья Оранская, Париж
Фото: Лит. Вечер, в двух частях: презентация книги стихов, прозы, публицистики «Эпоха Техно» и Вечер памяти актера Н. Караченцова (1944 — 2018) и актрисы, директора ДК Пушкина (г Орехово-Зуево) Руфины Жеребцовой (1954 — 2018). ЦБ г. Орехово-Зуево, ноябрь 2018.
Фото из личного архива. Мама — Нина Константиновна Тихонова (07.01.1923 — 18.11.2007), ветеран ВОВ.
Вот тихий
и немного грустный Вечер…
я за тебя
поставлю свечи
за эту душу – будет час
поплачу в скорби я о
вас.
Ты о себе, о нем
поплачешь.
И это, вероятно, значит…
Я пойду погуляю ! —
По забытому Богом Парижу.
Прыгал чижик
От деревьев шампуневых в пыль.
И Ты, нежный, любовь позабыл…
А зеленый твой образ подстрижен.
Я пойду погуляю ! —
По забытому Верой Парижу.
Фото: Софья Оранская. Париж. 2002г. Фотограф — Валерий Савельев.
Н.К.
Ты придешь – как расстают снега.
Ты придешь – я так долго ждала.
Ты придешь – от тех мук онемев :
тот медведь? скорпион? или лев?
—
Ты придешь – вдруг устав от тоски,
и упав на колени, руки
так коснешься, каленостью губ :
верен? нежен? жесток? или груб?
—
И затихнет восторженный шквал,
не понявший трагедии зал.
Я же занавес тот опущу…
И в тот миг всё ль медведю прощу :
…
Софья Оранская. Стихотворение «Пред-Чувствие : у Грани».Подробнее »
Н.К.
Вхожу во Храм… молюсь… склоняюсь…
я в Храме белом… здесь одна…
и именами называюсь…
из жизни замершего сна…
—
и помню : там, и называл он
по имени… та сухость губ…
и что за именем стояло:
молчание ? воззванье труб ?..
—
Часы-капели… ночи длились…
И Ангелы скрывали нас, —
ветвями в окна тихо бились:
ведь скоро Яблоневый Спас.
—
И вот вхожу во Храм… Молиться?
Просить раскаянья?… Молчу.
Стою : и снова час-тот снится —
